Главные уголовные риски для бизнеса в 2023 г. и как их избежать — адвокат Павел Репринцев — «Новости России»

Павел Репринцев. Иллюстрация: INTELLECT

Несмотря на проблемы в экономике, либерализации законодательства, правоприменительной и судебной практики в отношении предпринимателей не будет. Как бизнесу защищать свои интересы — кейсы на .

Адвокат Павел Репринцев, советник юридической фирмы INTELLECT, специализируется на защите предпринимателей по уголовным делам экономической, должностной и коррупционной направленности, в том числе по делам о преступлениях в сфере налогового, финансового права и других «беловоротничковых преступлениях».

Он отмечает: несмотря на громко обсуждавшуюся либерализацию законодательства, бизнес-климат в стране не улучшился. В целом же, по прогнозу Павла Репринцева, в ближайшие годы степень давления государства на бизнес вырастет и уголовных дел станет больше.

Какие уголовные риски для предпринимателей выйдут в 2023 году на первый план?

— В первую очередь связанные с налоговыми преступлениями. Мы видим негативный тренд: доходы казны от налога на прибыль организаций уже просели, а чиновники не скрывают, что бюджет будет дефицитным. Очевидно, в такой ситуации бизнесу стоит готовиться к росту числа налоговых проверок.

Напомню, что в 2022 г. государство все-таки сделало шаг навстречу предпринимателям: в Уголовно-процессуальный кодекс были внесены изменения, согласно которым правоохранительные органы должны проводить проверки по составам, связанным с уклонением от уплаты налогов и сборов, только на основании материалов, поступивших из налоговой инспекции. Утвержден следующий алгоритм: инспекция проводит проверку, по результатам которой выносит акт. Предприниматель может обжаловать его в вышестоящей инстанции, потом обратиться в суд. В случае неудачи он получит требование об уплате налогов. Материалы дела передадут в Следственный комитет, если после получения требования об уплате налогов, пени и штрафов налогоплательщик не внесет деньги в указанный срок.

То есть Следственный комитет больше не может проводить проверки и возбуждать уголовные дела по налоговым составам по собственной инициативе. Это плюс.

Впрочем, предприниматели часто сами «роют себе ямы» в отношениях с налоговыми органами. Мы защищали директора проектно-строительной организации, обвиненного в совершении покушения на мошенничество в особо крупном размере (ч. 3 ст. 30 и ч. 4 ст. 159 УК РФ), за что в УК РФ предусмотрено наказание до 7,5 лет лишения свободы.

Дело было сложным и запутанным. Сначала наш клиент допустил ошибку при выборе партнеров по одному из контрактов. Налоговый орган счел эту фирму номинальной (неспособной выполнить работы) и попросил предпринимателя исключить из уточненной декларации счета-фактуры с этим контрагентом-подрядчиком и уплатить в бюджет НДС. Что предприниматель и сделал. Вскоре «спорный» подрядчик обвинил его в невыплате всей суммы за выполненные работы и выиграл суд. Наш клиент решил: раз арбитраж счел работы выполненными и обязал их оплатить, значит, и налоговая должна признать их таковыми — и решил еще раз уточнить декларацию и вернуть уплаченный налог. Однако налоговая сочла его действия мошенническими и поспособствовала возбуждению уголовного дела. Нам с большим трудом удалось добиться для подзащитного мягкого наказания в виде штрафа в 1 млн руб.

Можно ли в принципе выйти из разбирательства по налогам без штрафа и приговора, если возбуждено уголовное дело?

— Подобные случаи довольно редки, но в нашей практике они есть. У доверителя обнаружили недоимку по НДС в размере 56,7 млн руб., что давало возможность возбудить дело по п. «б» ч. 2 ст.199 УК РФ. Особо крупный размер, наказание до шести лет лишения свободы.

Мы проанализированы результаты выездной налоговой проверки и выводы налогового органа, на основании которых возбуждено дело. Привлекли независимых экспертов и представили документы, необходимые для повторной судебной бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы. В результате сумму вменяемой недоимки удалось уменьшить и переквалифицировать обвинение на ч. 1 ст. 199 УК РФ — с особо крупного размера на крупный. Благодаря этому изменению уголовное преследование прекратили в связи с истечением срока давности: по тяжким преступлениям он составляет 10 лет, по преступлениям небольшой тяжести — 2 года.

С подзащитного были сняты обвинения, пусть и не по «нереабилитирующему» основанию. Но по сравнению с перспективой провести шесть лет в заключении этот исход не худший. В общем, нам удалось найти компромиссное решение. 

Ожидаете ли вы роста числа уголовных дел, не связанных с налогами?

— Да, например, дел, связанных со взятками и коммерческим подкупом. Деньги на большие проекты есть только у государства, и для бизнеса оно становится основным заказчиком. В такой ситуации компании будут искать способы получения госзаказов, выходящие за предусмотренные законом рамки. То же самое — с заключением контрактов между коммерческими организациями. Такие истории были всегда, но в условиях экономического спада их будет больше.

В фокусе внимания правоохранительных органов — госзаказы в сфере военно-промышленного комплекса. Сейчас там огромные деньги, и если раньше государство позволяло себе закрывать глаза на коррупционные истории, то сейчас, с учетом проведения специальной военной операции, такой возможности уже нет. Поэтому расходы в этой сфере будут строго контролироваться, а попытки нарушить закон — жестко пресекаться. Впрочем, количество уголовных дел, связанных с «оборонкой», вырастет в любом случае — правоохранители должны демонстрировать результаты своей деятельности. Кого-то уличат во взятке, кого-то — в нецелевом использовании средств, кого-то — в злоупотреблении должностными полномочиями. 

Думаю, в 2023 г. вырастет число банкротств и, соответственно, внутрикорпоративных конфликтов (между участниками обществ), сопряженных с привлечением бывших собственников, учредителей, директоров и бенефициаров сначала к субсидиарной, а потом и к уголовной ответственности.

Ведь банкротство ради банкротства никому не интересно, главное — получить деньги.

В связи с политической ситуацией, стимулирующей к эмиграции, оснований для подобных споров станет больше. Приведу пример: предприниматель решает уехать из страны, но для этого нужен капитал. Что делать, если все деньги в обороте? Постараться вывести их из компании или взять кредит. Если все «сложится», он эмигрирует, а контрагенты и кредиторы останутся здесь.

Получается, он «молодец» — решил свою задачу и ушел от ответственности?

— Кому-то действительно удастся уйти от ответственности, но есть и другие кейсы. INTELLECT защищает интересы компании — всемирно известного производителя шин. В отношении ее бывшего дилера заведено уголовное дело о хищении товарно-материальных ценностей на сумму 900 млн руб. Он использовал сложные схемы вывода товаров через подставные организации с последующей их продажей и перечислением денег на расчетные счета в зарубежные банки.

Эта история интересна тем, что недобросовестный предприниматель успел отбыть в Италию, приобрести виллу на острове Комо и яхту — все по стандартной схеме. Он полагал, что родина до него «не дотянется», однако надежды не оправдались.

Потерпевшая сторона заняла активную позицию, и мы предприняли необходимые шаги. В результате экс-дилера обвинили в совершении мошенничества, сопряженного с неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности в особо крупном размере и в преднамеренном банкротстве (ч. 7 ст. 159, ст. 196 УК РФ). Было заведено уголовное дело. По запросу Генпрокуратуры и при содействии Интерпола и правоохранительных органов Италии предприниматель был экстрадирован в Россию. В течение года он содержался в СИЗО, а сейчас ожидает суда под подпиской о невыезде.

Основная «битва» еще впереди, в суде. Думаю, дело будет рассматриваться не меньше года — оно большое, сложное, с массой свидетелей. Важно, что нам удалось добиться не только экстрадиции человека, но и ареста его имущества, хотя оно было записано на родственников.

Я считаю этот кейс показательным и актуальным, поскольку перед нами классический пример недобросовестного поведения предпринимателя с последующим отбытием за границу. Можно предположить, что кто-то попытается использовать подобную схему, покинуть родину и представить себя жертвой режима.

Но в этом случае придется доказывать, что деньги заработаны легально и без участия государства.

Юридическая фирма INTELLECT начинала свою деятельность с защиты авторских прав. В свете происходящего — легализации параллельного импорта, частичной декриминализации статьи 146 УК РФ — кого-то еще волнует соблюдение авторских прав? 

— Безусловно, российским компаниям по-прежнему есть что защищать. Приведу в качестве примера такой кейс. Мы представляем в суде интересы одного из крупнейших издательств России. В 2013 г. оно приобрело исключительное право на издание книг на русском языке и выпустило серию в России в собственном переводе.

В 2020 г. компания заметила появление на книжном рынке большого объема книг, якобы законно изданных до 2013 г. другим правообладателем и в другом переводе. Возникло подозрение в незаконной перепечатке старого издания неустановленным лицом с указанием ложных выходных данных. Предыдущий правообладатель его подтвердил. 

Мы вместе с издателем провели закупку серии контрафактных книг, обратились в полицию и добились проведения проверки. В результате правоохранители вышли на типографию в Курганской области, печатавшей «контрафакт». Дело против директора типографии по ст. 146 УК РФ (нарушение авторских прав) сейчас рассматривает Курганский городской суд. Доказан ущерб на сумму в 22 млн руб. — это тяжкий состав, обвиняемому грозит лишение свободы. 

Допускаете ли вы, что в сложной экономической и политической ситуации государство все-таки проявит лояльность к предпринимателям: уголовных дел по экономическим статьям станет меньше, а приговоры мягче?   

— Мы не видим к этому предпосылок. Напротив, наш опыт и опыт наших коллег показывает, что с осени количество уголовных дел, возбужденных по экономическим статьям, выросло. Что касается наказаний, на мой взгляд, показателен приговор Мещанского районного суда Москвы по резонансному делу братьев Магомедовых — основателей группы «Сумма», занимавшейся строительством, инжинирингом, транспортом и сельским хозяйством. Им дали 18 и 19 лет колонии строгого режима, признав виновными в создании организованного преступного сообщества. Хотя неоднократно и на разных уровнях говорилось, что предпринимателей нельзя судить за создание ОПС.

Так что либерализации законодательства, правоприменительной и судебной практики в отношении предпринимателей не будет. Скорее стоит готовиться к обратному.

Какие рекомендации в связи с этим можете дать, помимо очевидной — не нарушать закон?

— Опыт показывает, что активная позиция предпринимателя — потерпевший он или вынужден защищаться — и привлечение к делу адвоката на раннем этапе разбирательства помогают добиться справедливости или, по крайней мере, смягчить приговор.

Как скажется на бизнесе переход на единый налоговый платеж — Роман Речкин

Чем рискуют компании, покидающие Россию, и те, кто остался — адвокат Павел Репринцев

 Когда российские власти отменят удаленку, и как к этому готовиться

Источник: info-2019.ru

explay-mobile